«Мне кажется, ничего не изменилось»
Эффект набирается неделями, а своё лицо пациент видит каждый день. Постепенное изменение зеркало не показывает — оно показывает норму. Курс не продлевают не потому, что результата нет, а потому, что его не видно.
Объективная оценка кожи на обычном смартфоне и вся история лечения в фото и видео.
Сравнение «до/после» между любыми двумя визитами — с точностью, которую можно предъявить.

К четвёртой процедуре пациент сравнивает себя не с фотографией первого визита, а с тем, что помнит. Память проигрывает — и вместе с ней проигрывает клиника
Результат есть.
Показать — нечем.
Четыре причины, по которым курс не продлевают, — и ни одна из них не про качество работы врача.
Эффект набирается неделями, а своё лицо пациент видит каждый день. Постепенное изменение зеркало не показывает — оно показывает норму. Курс не продлевают не потому, что результата нет, а потому, что его не видно.
Кадры в галерее телефона, между ними чужие фото, у каждого свой свет и свой поворот головы. Такую пару страшно ставить рядом: разница в ней может оказаться разницей ракурса, а не результата.
Оценка на глаз со стороны заинтересованной стороны звучит как мнение. Претензия «эффекта не было» разбирается по памяти обеих сторон.
Когда снимки живут в личной галерее врача и в переписке в мессенджере, у клиники после его ухода не остаётся ни истории лечения, ни способа закрыть к ней доступ.
Не папка снимков, а серия по назначенному протоколу: от первого визита до закрытия курса, с фото, видео и понятным финалом
Врач назначает протокол, и снимки копятся в одну серию. Врач и пациент добавляют кадры в одну и ту же историю, а не в две разные.
Протокол может включать видеозапись: улыбнуться, поднять брови, наморщить лоб — каждое действие на своей секунде. Видео лежит в той же серии, что и снимки, там, где статичный кадр не показывает ничего.
Слайдер «до/после» по любым двум точкам серии, не только по соседним визитам: первый снимок против сегодняшнего — одно движение пальцем. Плюс коллаж динамики: весь курс одной картинкой.
В кабинете снимает врач. Между приёмами пациент снимает дома — по тому же протоколу и с тем же наведением, поэтому домашние кадры сравнимы с кабинетными. Свою серию пациент открывает у себя в телефоне.
Снимок, сделанный без интернета, встаёт в очередь и уходит, когда связь появится. Кабинет без покрытия ничего не ломает.
К серии врач ведёт рабочие записи — пациенту они не видны. Курс закончен: врач закрывает серию, она уходит в архив и остаётся доступной. Активные курсы не смешиваются с завершёнными.
Два снимка сопоставимы только тогда, когда различаются кожей — а не углом, светом и камерой
Наведение по ориентирам лица и по контуру тела: приложение не даст сделать кадр под другим углом. Иначе слайдер показывал бы поворот головы, а не результат лечения.
На экране сравнивается кожа, а не кабинет, шторы и обстановка домашней ванной.
С калибровочной картой в кадре точность цвета — 1.62 ΔE00. Съёмка в разных кабинетах и при разном свете перестаёт быть источником разницы.
Цветовые индексы сопровождаются порогом: изменение либо превысило его, либо не считается доказанным. Формулировка одна и та же для врача, для пациента и для разбора спора.
Анализ идёт на смартфоне, сервер в вычислении не участвует. Результат готов, пока пациент ещё в кресле.
Структура заводится один раз и дальше управляется из веб-кабинета. Право врача видеть пациентов филиала — отдельная сущность, которую выдают и отзывают, а не договорённость
Клиника заводит филиалы, филиал приглашает врачей, врач ведёт пациентов. У каждой роли свой веб-кабинет и своя зона видимости.
Выдаёт администратор, он же отзывает. После отзыва врач немедленно перестаёт видеть пациентов этой клиники — не «к концу месяца» и не «после выгрузки». Ни поддержка, ни разработчики в этом не участвуют.
Кто выдал доступ, кто снял и когда — видно и врачу, и директору филиала. Спор «мне ничего не отзывали» становится проверяемым.
Совместительство — норма отрасли, и система это признаёт: одна учётная запись врача, отдельный доступ в каждой клинике. Отзыв мандата у вас не задевает его работу в другом месте.
Пациент, которого врач завёл у себя, появляется у клиники в учётной части, пока врач к ней привязан. Одного человека могут вести несколько врачей — косметолог и дерматолог работают с общей историей.
Код из 12 символов, в алфавите нет путающихся I, L, O и U. Одноразовый, с коротким сроком жизни; рядом QR — если человек стоит напротив. Так же филиал приглашает врача, а врач — пациента.
Снимки пациента загружаются на сервер — это правда, и мы её не прячем за красивой формулировкой. Вопрос не в том, хранятся ли данные, а в том, чьё это хранилище и у кого есть доступ
Так история переживает смену телефона и открывается второму лечащему врачу. Смотрят её только пациент и его врачи — в приложении, на своих устройствах: доступ держится на персональных криптографических ключах, а не на должностях. Передача — только по шифрованному каналу.
Ключ доступа зашифрован паролем пациента и лежит в аппаратном хранилище его телефона. На сервере — только зашифрованная копия, открыть её сервер не может.
Список короткий и закрытый. Никто не получает карту «за компанию» вместе с должностью.
Кто у какого врача лечится, сколько заведено серий, кто из врачей допущен к работе — да. Ни одного фото, видео или заметки врача — нет. Это ограничение заложено технически, а не записано в регламент.
Медицинского содержания он не видит ни при каких обстоятельствах: ни в поддержке, ни при разборе инцидента. У нашей стороны нет режима, в котором карта открывается по запросу.
Версия целиком на сервере клиники: данные не выходят за её периметр.
Медицинские снимки — специальная категория персональных данных, и штрафы за утечку достигают 3% годовой выручки. Quant.Skin построен в соответствии с требованиями 152‑ФЗ: каждая мера ниже — работающая функция, а не пункт внутреннего регламента
Снимки видит только пациент и его лечащие врачи. У каждого держателя доступа — персональный криптографический ключ; должность сама по себе доступа не даёт.
Врач ушёл из клиники — администратор отзывает допуск, и доступ к пациентам прекращается тем же действием. Не через поддержку и не «к концу месяца».
Кто, кому и когда выдал доступ и кто его снял — фиксируется и доступно для проверки. Разбор любого вопроса о доступе занимает минуты.
Пациент снимает врача с наблюдения сам, из приложения — доступ прекращается его собственным действием, как того требует закон.

К. т. н. в системном анализе и параллельных вычислениях
Автор ряда работ по фармакологическому моделированию. Методология и расчёты Quant.Skin — часть той же исследовательской практики: каждая цифра в отчёте — результат расчёта с указанием погрешности, а не маркетинговое округление.
Аппаратная система анализа кожи стоит как отдельный кабинет и при этом ничего не знает ни про филиалы, ни про права врачей
Оплата по местам — за каждого работающего в системе врача. Для сравнения: аппаратные системы анализа кожи начинаются от 12 млн ₽ за кабину плюс 1–3 млн ₽ в год на содержание.
Размещение на серверах клиники — для тех, кому нужен полный контроль над инфраструктурой хранения. Обсуждается индивидуально под масштаб клиники.
Обычный смартфон врача или пациента и калибровочная карта. Нечего монтировать, подключать и обслуживать.
Для участников бета-программы, которая открыта сейчас. Оплата — после завершения бета-тестирования.
Сначала вы смотрите, как система работает на ваших врачах и ваших пациентах: воспроизводятся ли цифры и действительно ли отзыв доступа мгновенный. Платёж — потом.
Оставить заявку